По делам о наркотиках (ст. 228–233 УК РФ) нередко встречается ситуация, когда обвинение «достраивает» недостающие элементы версии: предполагает умысел на сбыт, «группу лиц», принадлежность вещества, цели хранения, осведомленность о наркотическом характере вещества. Разъяснения Пленума ВС РФ о недопустимости предположений в обвинении — это практический инструмент защиты: суд не вправе признавать виновность на догадках, вероятности и формулировках «скорее всего».
Важно понимать: речь не о «формальной придирке», а о фундаментальном принципе уголовного процесса. Обвинение должно быть доказано допустимыми и достаточными доказательствами, а не логическими построениями. Если в приговоре или в позиции гособвинителя видны предположения, это часто становится ключевым аргументом для оправдания, переквалификации (например, со сбыта на хранение), исключения квалифицирующих признаков и отмены/изменения приговора в апелляции и кассации.
Кратко по сути
- Недопустимы предположения: виновность и квалификация не могут строиться на вероятности, «обычно так бывает», статистике, оперативных версиях без проверенных доказательств.
- Бремя доказывания на стороне обвинения: подсудимый не обязан доказывать невиновность или объяснять происхождение каждого факта, если это не подтверждено доказательствами.
- Неустранимые сомнения толкуются в пользу обвиняемого; если ключевой элемент состава не доказан, приговор не должен устоять.
- Приговор должен опираться на проверенные судом доказательства, с мотивировкой, почему одним доказательствам суд доверил, а другим — нет; простая констатация «суд считает» не заменяет анализа.
- По ст. 228–233 УК РФ чаще всего спорят о направленности умысла (сбыт/хранение), принадлежности вещества, размере, роли лица, законности ОРМ и следственных действий.
Что означает «Разъяснения Пленума ВС РФ о недопустимости предположений в обвинении» с точки зрения закона
Пленум Верховного Суда РФ в разъяснениях для судов последовательно исходит из того, что обвинительный приговор не может быть основан на предположениях. Это означает несколько практических вещей.
1) Суд обязан установить факты, а не реконструировать «наиболее вероятную» картину. Если по делу возможны разные объяснения (например, вещество подброшено; лицо не знало о содержимом; умысел был на личное употребление, а не на сбыт), суд должен либо достоверно опровергнуть альтернативу доказательствами, либо признать наличие неустранимых сомнений.
2) Нельзя подменять доказанность «житейской логикой». Формулировки вроде «наличие фасовки свидетельствует о сбыте», «переписка в телефоне указывает на распространение», «обнаружение у дома закладок подтверждает роль закладчика» допустимы только как вывод из совокупности конкретных проверенных доказательств. Сами по себе такие признаки не равны доказательству события сбыта, роли в группе, осведомленности о наркотическом характере вещества.
3) Любая квалификация по ст. 228.1 УК РФ (сбыт) требует доказательств именно сбыта или приготовления/покушения на сбыт. Приговор не может опираться на предположение, что «размер большой, значит сбывал», или что «есть весы, значит торговал». Без доказанных действий по передаче, направленности умысла на передачу, подготовки каналов сбыта, контактов, переписки, согласования с другими лицами и т.п. вывод о сбыте нередко признается в практике необоснованным.
4) Презумпция невиновности работает не декларативно. Если ключевые элементы обвинения (например, принадлежность вещества именно подсудимому, законность получения доказательств, отсутствие провокации, реальность «группы лиц») подтверждены лишь косвенно и спорно, это не повод «дотянуть» до обвинительного приговора.
Нормативное регулирование
Для понимания и применения позиции о недопустимости предположений в обвинении по делам о наркотиках опираются на следующие нормы и разъяснения.
Конституция РФ: закрепляет презумпцию невиновности и требование доказывания обвинения в предусмотренном законом порядке; неустранимые сомнения толкуются в пользу обвиняемого.
УПК РФ: устанавливает презумпцию невиновности, распределение бремени доказывания, требования допустимости доказательств, правила оценки доказательств по внутреннему убеждению на основе совокупности, а также требования к законности, обоснованности и мотивированности приговора. Также важны нормы о предмете доказывания и о том, что суд основывает приговор только на исследованных в судебном заседании доказательствах.
УК РФ: определяет составы преступлений по ст. 228–233, включая обязательные признаки (например, предмет, объективная сторона, субъективная сторона, квалифицирующие признаки). Без установления и доказывания обязательного признака состава уголовная ответственность по соответствующей норме невозможна.
Разъяснения Пленума Верховного Суда РФ: в постановлениях о судебном приговоре, о практике применения норм об ответственности за преступления, связанные с наркотическими средствами и психотропными веществами, и в общих разъяснениях по доказыванию и оценке доказательств подчеркивается, что выводы суда должны быть основаны на доказательствах, проверенных в судебном заседании, и не могут строиться на предположениях; приговор требует мотивировки и анализа доказательств, включая причины, по которым суд отвергает доводы защиты.
Как это работает на практике: разъяснения Пленума ВС РФ о недопустимости предположений в обвинении в «наркотических» делах
Ситуация 1. «Большой размер — значит сбыт» (переквалификация с 228.1 на 228)
Типовой довод обвинения: «количество не для личного употребления», «упаковка и весы», «деньги в телефоне/переводы». С точки зрения подхода ВС РФ это может быть лишь частью картины, но не заменяет доказательств направленности умысла на передачу. В судебной практике встречается подход, что при отсутствии доказанных действий по сбыту (или приготовления/покушения), приговор по сбыту может быть признан основанным на предположениях, а деяние — переквалифицировано на хранение без цели сбыта, если остальные признаки состава подтверждены.
Ситуация 2. «Он знал, что в пакете наркотик» (осведомленность как предположение)
Нередко обвинение строится на фразе: «не мог не знать». Но «не мог не знать» — это оценочное предположение, если оно не подкреплено доказательствами: показаниями, перепиской, обстоятельствами приобретения, поведением при обнаружении, экспертными и иными данными, позволяющими сделать уверенный вывод. По логике ВС РФ субъективная сторона (умысел, осведомленность) должна подтверждаться доказательствами, а не житейской вероятностью.
Ситуация 3. «Это его закладка/его тайник» (принадлежность вещества)
Если наркотик обнаружен в месте общего доступа (подъезд, двор, парковка, лесополоса) или в помещении, где доступ имели иные лица, принадлежность предмета обвинению приходится доказывать особенно тщательно. Предположения «он рядом стоял», «у него ключи от подъезда», «находился в районе» сами по себе недостаточны. Суды, как правило, требуют совокупности подтверждений: непротиворечивые протоколы, непрерывность наблюдения (если заявлено), отсутствие «провалов» во времени и пространстве, логичная связь действий лица с обнаруженным предметом.
Ситуация 4. «Группа лиц» и распределение ролей без доказанного сговора
По делам о ст. 228.1 УК РФ квалифицирующие признаки («группа лиц по предварительному сговору», «организованная группа») иногда «подтягиваются» под общую переписку или факт знакомства. Но разъяснения о недопустимости предположений в обвинении требуют доказать именно сговор до начала исполнения, согласованность действий и распределение ролей. Если этого нет, квалифицирующий признак может быть исключен, а обвинение — смягчено.
Типичные ошибки
- Сведение доказанности к формуле «суд считает установленным», без анализа противоречий и без мотивировки, почему отвергнуты доводы защиты.
- Подмена доказывания умысла на сбыт косвенными «симптомами» (размер, фасовка, весы, переводы), без подтверждения действий по передаче или подготовки к передаче.
- Использование недопустимых доказательств (полученных с нарушением УПК РФ) при отсутствии иных достаточных подтверждений; в итоге выводы держатся на «предположениях плюс недопустимость».
- Игнорирование альтернативных версий (подброс, доступ третьих лиц, отсутствие осведомленности), когда обвинение их не опровергло доказательствами.
- Смешение понятий «обнаружено рядом» и «принадлежит»; отсутствие связки между лицом и предметом преступления.
- Автоматическое доверие показаниям отдельных сотрудников без проверки на согласованность с объективными данными и без оценки заинтересованности/противоречий.
- Неправильная логика по экспертизе: из установленного факта «это наркотик» делается предположение о цели (сбыт/хранение) и роли лица без дополнительных доказательств.
Что важно учитывать для защиты прав
1) В уголовном процессе «предположения» часто прячутся в формулировках. Ищите в обвинении и приговоре слова и конструкции: «по мнению», «вероятно», «не мог не», «как правило», «свидетельствует о», «указывает на», при отсутствии конкретных фактов и ссылок на исследованные доказательства. Даже если таких слов нет, предположения проявляются, когда вывод не следует из доказательств или пропущено ключевое звено.
2) Защите важно спорить не с лозунгом, а с элементами состава. По ст. 228–233 УК РФ обычно критичны: предмет (что именно изъято и в каком виде), принадлежность, объективная сторона (какие действия совершены), субъективная сторона (умысел, цель), квалифицирующие признаки (группа, значительный/крупный/особо крупный размер, место/способ), причинно-следственные связи.
3) Фиксируйте процессуальные нарушения сразу. Нарушения при личном досмотре, осмотре места происшествия, обыске, выемке, понятых/видеозаписи, упаковке и опечатывании, хранении вещественных доказательств, назначении и проведении экспертизы часто ведут к признанию доказательств недопустимыми. Когда значимая часть доказательств «выпадает», оставшиеся элементы обвинения нередко превращаются именно в предположение.
4) Разграничивайте ОРМ и следственные действия. Результаты оперативно-розыскной деятельности должны быть легально получены и правильно введены в процесс; суд оценивает их критически и в совокупности. Если обвинение опирается на «оперативную версию» без надлежащей проверки в суде, это прямой путь к доводу о предположительности выводов.
5) Для апелляции и кассации важна конкретика. Жалоба сильнее, когда вы показываете: какой именно вывод суда является предположением; какое доказательство отсутствует или недопустимо; какая норма УПК РФ нарушена; как это повлияло на исход (квалификацию, размер, роль, наказание).
Практические рекомендации (пошагово)
Шаг 1. Выделите «узлы доказывания» по вашему обвинению. Составьте список: что именно должно быть доказано по предъявленной статье (например, по 228.1 — направленность умысла на сбыт, конкретные действия по сбыту/покушению, роль, квалифицирующие признаки). Отдельно отметьте, что суд обязан установить.
Шаг 2. Сопоставьте каждый узел с конкретными доказательствами из материалов дела. Не «в целом по делу», а точечно: какой протокол, какие показания, какая экспертиза. Если по узлу нет прямого подтверждения — это кандидат на довод о предположении.
Шаг 3. Проверьте допустимость ключевых доказательств. Оцените, соблюден ли УПК РФ при изъятии, фиксации, упаковке, хранении, назначении экспертиз, участии защитника, разъяснении прав, оформлении протоколов. Если доказательство спорное по допустимости, заявляйте ходатайства об исключении и фиксируйте позицию.
Шаг 4. Выявите логические разрывы и альтернативные версии. Например: нет непрерывности наблюдения до изъятия; место общего доступа; противоречия по времени; отсутствие объективных данных о контактах для сбыта; сомнительная идентификация в переписке; неоднозначные формулировки эксперта. Задача — показать суду, что вывод обвинения не единственно возможный.
Шаг 5. Заявляйте ходатайства, которые «снимают предположения». Это может быть: вызов и допрос свидетелей; истребование записей камер; детализация звонков; осмотр/исследование телефона с соблюдением процессуальных правил; повторная или дополнительная экспертиза; экспертиза упаковки/следов; проверка показаний на месте; приобщение документов о состоянии здоровья (если важно для версии личного употребления).
Шаг 6. В прениях и в последнем слове формулируйте выводы юридически. Указывайте, что обвинение не доказало конкретный элемент состава; что вывод суда будет предположением; что неустранимые сомнения должны толковаться в пользу подсудимого; что приговор должен быть мотивированным и основанным на исследованных доказательствах.
Шаг 7. Для обжалования составьте «карту предположений» приговора. Вынесите в отдельный перечень: цитата/смысл фрагмента приговора → почему это предположение → какие доказательства отсутствуют/противоречат → какая норма нарушена → что просите (оправдание, переквалификация, исключение признака, смягчение наказания, возврат дела прокурору при существенных нарушениях).
Вывод
Разъяснения Пленума ВС РФ о недопустимости предположений в обвинении — это не абстрактный принцип, а рабочий стандарт качества доказывания. По делам о наркотиках он особенно важен, потому что обвинение часто строится на косвенных признаках, оперативных версиях и «типичных» сценариях.
Если защита последовательно показывает, что ключевые элементы состава не подтверждены допустимыми доказательствами, а выводы обвинения и суда подменяют доказывание предположениями, это дает реальные процессуальные перспективы: от исключения квалифицирующих признаков и переквалификации до отмены приговора при обжаловании.
Какая часть обвинения по вашему делу выглядит как предположение: умысел на сбыт, принадлежность вещества, «группа лиц» или законность изъятия и экспертизы?
Информация актуальна по состоянию на декабрь 2025.