Военнослужащего осудили за содействие террористической деятельности в форме финансирования терроризма: следствие посчитало, что два денежных перевода в разные даты были направлены на поддержку лиц, связанных с террористической деятельностью. Защита настаивала, что перевод мог иметь бытовую цель, а по одному из эпизодов сам факт перевода надлежащими доказательствами не подтверждён.
Что обжаловалось
В кассационной жалобе ставился вопрос о законности приговора и апелляционного определения. Указывалось на недопустимость и недостоверность ряда доказательств, отсутствие подтверждений осведомлённости осуждённого о террористической направленности получателей, спорность вывода о втором переводе, а также на то, что процессуальные решения по уголовным делам в отношении иных лиц (возбуждение дела, привлечение, розыск) и приговор по другому делу не могут подменять доказывание по настоящему делу. Дополнительно заявлялось о нарушениях в апелляции: отказ в повторном исследовании доказательств и в приобщении новых материалов, а также проблемы с получением протокола и аудиозаписи заседания.
Что решил суд
Судебная коллегия по делам военнослужащих Верховного Суда РФ подчеркнула общий стандарт доказывания по делам о финансировании терроризма: сам по себе денежный перевод не образует состава, пока не установлено, что лицо осознавало террористическую цель и направляло средства именно на содействие террористической деятельности. Для подтверждения этого подлежат проверке источники сведений об адресате платежа, содержание контактов, обстоятельства перечисления, а также совокупность данных, позволяющих сделать вывод о субъективной стороне. При этом суд обратил внимание, что ссылки на материалы в отношении иных лиц и процессуальные решения по ним не должны восприниматься как автоматическое доказательство причастности осуждённого к финансированию терроризма; преюдициальное значение судебного решения по другому делу оценивается с учётом пределов его применения и предмета доказывания по конкретному обвинению. Отдельно отмечено, что доводы о недопустимости доказательств и о необходимости повторного исследования существенных обстоятельств подлежат мотивированной проверке, а отказ в исследовании или приобщении возможен лишь при наличии процессуально значимых причин, отражённых в судебном акте.
Что это означает на практике
- По делам о ст. 205.1 УК РФ защита должна фокусироваться на субъективной стороне: отсутствие осведомлённости о террористической цели и отсутствие намерения содействовать — ключевые направления для опровержения обвинения.
- Если обвинение опирается на «материалы по другим лицам», важно требовать конкретизации: какие именно сведения подтверждают связь платежа с террористической деятельностью и почему они допустимы в вашем деле.
- По каждому эпизоду перевода проверяйте доказательства самого факта платежа (идентификация отправителя, реквизиты, дата/время, первичные данные оператора/банка) и добивайтесь исключения «вторичных» распечаток без надлежащего происхождения.
- Не позволяйте подменять доказывание ссылкой на приговор по другому делу: преюдиция не означает, что осуждённый автоматически знал о целях адресата; это требует самостоятельного установления и мотивировки.
- В апелляции заранее заявляйте ходатайства о повторном исследовании критически важных доказательств и фиксируйте отказ: при кассационном пересмотре оценивается, были ли такие ограничения существенными и мотивированными.
- При споре о допустимости протоколов следственных действий добивайтесь проверки реальных условий их проведения (место, время, участие защитника, техническая фиксация) и приобщения подтверждающих документов.
Решение: Верховный Суд РФ, 224-УД25-24-А6.