Должностное лицо получало деньги за «помощь» в положительном решении административно значимых вопросов, при этом по должностному регламенту не было уполномочено совершать соответствующие действия. Нижестоящие суды квалифицировали эпизоды как простое мошенничество и отдельно оценили коррупционную составляющую.
Что обжаловалось
В кассационном представлении ставился вопрос о неверной квалификации мошенничества: заявитель указывал, что при получении денег должностное лицо использовало свой статус и связанные с ним возможности влияния и доверие граждан, поэтому признак «с использованием служебного положения» исключаться не должен. Дополнительно оспаривался подход к назначению итогового наказания по совокупности преступлений, когда по части эпизодов лицо признано виновным, но освобождено от назначенного наказания в связи с истечением сроков давности.
Что решил суд
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ исходила из того, что при оценке «служебного положения» важно не только наличие формальных полномочий, но и то, каким образом должностной статус используется для достижения результата. Если должностное лицо путем обмана или злоупотребления доверием получает деньги за совершение действий либо за способствование действиям в интересах дающего, используя авторитет и возможности, вытекающие из занимаемой должности, содеянное подлежит квалификации как мошенничество, совершенное с использованием служебного положения, даже когда обещанное действие не входит в круг его прямых полномочий. Такой подход согласуется с разъяснениями Пленума по делам о коррупционных преступлениях: отсутствие компетенции «сделать обещанное» не исключает использование служебного положения как способа обмана. Также отмечено, что при назначении окончательного наказания необходимо строго учитывать правовые последствия освобождения от наказания по отдельным преступлениям: правила о совокупности не должны механически «включать» в итог те наказания, от исполнения которых лицо освобождено, поскольку это искажает смысл назначенного судом наказания и может влиять на вид и размер окончательного решения.
Что это означает на практике
- Для квалификации по ч. 3 ст. 159 УК РФ достаточно установить, что доверие потерпевшего было обусловлено должностным статусом и связанными с ним возможностями влияния, даже без прямых полномочий «решить вопрос».
- Линия защиты «не имел полномочий, значит ч. 1 ст. 159 УК РФ» сама по себе не работает: суд будет проверять, использовались ли служебные связи, доступ к информации, авторитет и образ представителя власти.
- В обвинении и в приговоре важно конкретизировать, в чем выражалось использование служебного положения: представление себя как сотрудника, обещание содействия через коллег, доступ к процедурам, влияние на участников процесса.
- При нескольких составах (мошенничество, должностное преступление, мелкое взяточничество) следует внимательно разделять способы совершения и предмет доказывания, чтобы избежать двойного учета одних и тех же обстоятельств.
- При освобождении от наказания по давности по отдельным эпизодам нужно проверять, не «подмешал» ли суд такие наказания в расчет окончательного по совокупности: это самостоятельный кассационный довод.
- В прениях и жалобах полезно ссылаться на единый критерий: должностной статус как инструмент обмана и усиления доверия — ключ к признаку «с использованием служебного положения».
Решение: Верховный Суд РФ, 85-УДП25-6-К1.