В деле о публикациях в сети «Интернет», которые следствие и суды квалифицировали как публичные призывы и пропаганду запрещённой деятельности, сторона защиты в кассации настаивала на существенных нарушениях при возбуждении и расследовании, а также на дефектах обвинительного заключения и ограничении права на защиту при ознакомлении с материалами и вещественными доказательствами.
Что обжаловалось
В кассационных жалобах ставился вопрос об отмене приговора и апелляционного определения. В числе доводов указывались: незаконность использования материалов оперативно-розыскной деятельности как повода и основания для уголовного преследования; судебные разрешения на отдельные действия на досудебной стадии как несоответствующие требованиям закона; отсутствие в обвинительном заключении конкретизации места, способа и технических средств размещения публикаций; неполнота цифровых и телекоммуникационных данных; а также то, что ходатайство о возвращении дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ не было рассмотрено судом первой инстанции в отдельном процессуальном документе, и, по мнению защиты, это лишило обвиняемого эффективной защиты.
Что решил суд
Судебная коллегия Верховного Суда РФ, проверив материалы и доводы сторон, не нашла оснований считать, что допущенные заявителями нарушения являются существенными и повлияли на выводы о виновности и наказании. Коллегия исходила из того, что возврат дела прокурору по ст. 237 УПК РФ является исключительной мерой и возможен лишь при таких недостатках обвинительного заключения и материалов, которые реально препятствуют рассмотрению дела судом и реализации права на защиту. Само по себе несогласие с объёмом детализации обвинения (в том числе по техническим аспектам размещения информации) при наличии описания фактических обстоятельств, времени, содержания инкриминируемых публикаций и их правовой оценки не образует оснований для возврата дела прокурору. Также указано, что отсутствие отдельного постановления по заявленному ходатайству не означает автоматически нарушения, если позиция суда по существу ходатайства отражена и мотивирована в итоговом судебном решении и при этом права стороны защиты не были ограничены настолько, чтобы это повлекло несправедливость разбирательства. Доводы о недопустимости материалов, положенных в основу обвинения, оценены как направленные на переоценку доказательств и не подтверждающие наличие нарушений, влекущих отмену судебных решений.
Что это означает на практике
- Ходатайство о возврате дела прокурору нужно обосновывать не «неполнотой следствия», а конкретным препятствием для суда: невозможностью понять, в чём обвинение, противоречием в формулировках, отсутствием описания события или квалифицирующих признаков.
- Если суд не вынес отдельного постановления по ст. 237 УПК РФ, в кассации важно показать, что молчание суда лишило защиту возможности спорить с обвинением (например, не позволило заявить доказательства, провести исследование, уточнить предмет доказывания).
- По «интернет»-эпизодам акцент следует делать на проверяемых параметрах: авторство/доступ к аккаунту, публичность, контекст высказываний, направленность на призыв или пропаганду, а не только на отсутствие сведений о конкретном устройстве или базовой станции.
- Доводы о нарушениях при получении материалов оперативно-розыскной деятельности сработают, когда есть конкретный разрыв в процессуальной цепочке и нельзя установить происхождение сведений; простого указания на отсутствие отдельного документа обычно недостаточно.
- Если ознакомление с вещественными доказательствами или цифровыми носителями было затруднено, полезно фиксировать: когда и что просили предоставить, какие именно файлы/носители интересуют, какие вопросы планировалось поставить эксперту, и чем отказ повлиял на позицию защиты.
Решение: Верховный Суд РФ, 2-28/2024.