Высшая квалификационная коллегия судей (ВККС) включила в предварительную повестку заседания 23–27 ноября вопросы о даче согласия на возбуждение уголовных дел в отношении четырех судей в отставке. Рассматривать будут представления главы Следственного комитета Александра Бастрыкина.
По каждому эпизоду коллегия будет решать именно процедурный вопрос: возможно ли начать уголовное преследование с учетом специального статуса судьи (в том числе после ухода в отставку). В повестке обозначены разные категории предполагаемых составов — от нарушений правил дорожного движения до обвинений, связанных со взятками и вынесением неправосудного решения.
Ключевые факты
- Очередное заседание ВККС запланировано на 23–27 ноября; в предварительной повестке — четыре представления о согласии на возбуждение дел.
- 23 ноября планируется рассмотреть вопрос об уголовном преследовании председателя Ленинградского областного суда в отставке Виталия Шевчука.
- В представлении по Шевчуку речь идет о нарушении ПДД, которое повлекло по неосторожности смерть человека; также указано, что он признал вину и передал семье погибшей 441000 руб. на погребение.
- 25 ноября назначено рассмотрение представления в отношении бывшего мирового судьи участка № 12 Октябрьского района Уфы Ирины Сафиуллиной: следствие подозревает ее в получении 35 взяток совместно с сообщниками и в мошенничестве в особо крупном размере.
- По Сафиуллиной указано, что ККС Башкортостана в сентябре 2025 года прекратила ее отставку; она обжаловала решение в ВККС, но коллегия оставила его в силе; в августе Верховный суд также отказал ей в отмене решений квалифколлегий (дело № АКПИ26-513).
- В тот же день, 25 ноября, ВККС рассмотрит вопрос о согласии на уголовное преследование мирового судьи участка № 3 Октябрьского района Уфы в отставке Татьяны Гарифуллиной; представление касается получения взяток группой лиц по предварительному сговору или организованной группой.
- Также 25 ноября ВККС решит вопрос об уголовном преследовании судьи Староминского районного суда Краснодарского края в отставке Александра Довбни: представление касается получения взятки и вынесения заведомо неправосудного решения; в тексте указаны эпизоды о 10000 руб. и о взятке за ускоренное принятие решения, необходимого для оформления российского ВНЖ.
Что это значит на практике
Согласие ВККС в подобных ситуациях — ключевой «процессуальный фильтр»: без него начать уголовное преследование судьи (в том числе в отставке) по представленным основаниям, как правило, нельзя. Поэтому заседание коллегии — не обсуждение доказанности вины, а проверка возможности запуска уголовного процесса с учетом гарантий независимости судейского статуса.
Для защиты и представителей судей в отставке важна именно стадийность: отказ в согласии фактически блокирует движение конкретного представления, а согласие дает следствию «зеленый свет» на возбуждение дела и дальнейшие следственные действия. В практическом плане это означает, что позицию по формальным основаниям представления и по соблюдению процедуры следует готовить заранее — до рассмотрения вопроса ВККС.
Отдельно показателен эпизод с Ириной Сафиуллиной: параллельно с вопросом о согласии на возбуждение дела в материале отражена линия обжалования решений квалифколлегий, включая рассмотрение в ВККС и отказ Верховного суда (дело № АКПИ26-513). Это напоминает, что квалификационные решения и «уголовная» процедура могут идти в разных плоскостях и требуют разных правовых аргументов.
Кому стоит обратить внимание
- судьям в отставке и действующим судьям, для которых актуальны гарантии статуса и процедуры привлечения к ответственности
- адвокатам по делам о даче согласия квалификационными коллегиями
- юристам, сопровождающим обжалование решений квалифколлегий в ВККС и в Верховном суде
- участникам процессов, в которых фигурируют заявления о неправосудных решениях или о коррупционных рисках
Повестка ВККС на конец ноября показывает, что вопрос о согласии на возбуждение дела — самостоятельный и критически важный этап: он определяет, будет ли у следствия процессуальная возможность перейти от проверки к полноценному уголовному преследованию, а у стороны защиты — необходимость выстраивать стратегию уже в рамках возбужденного дела.